Истец в иске указал, что смерть должника Ш. не прекращает действие кредитного договора и начисление процентов за пользование кредитом, а наследники заемщика должны нести ответственность по уплате образовавшейся задолженности в размере стоимости перешедшего в порядке наследования наследственного имущества.

В ходе рассмотрения дела в суде, в качестве ответчика к участию в деле привлечен сын умершего должника, принявший наследство после смерти отца, который заявил ходатайство о применении к исковым требованиям срока исковой давности в силу п. 2 ст. 199 ГК РФ.

Судом установлено, что последний платеж по договору кредитной карты совершен наследодателем  Ш. 16 марта 2017 г., таким образом, банк о нарушении своего права должен быть узнать в апреле 2017 г., при этом с иском в суд Банк обратился только лишь 24 октября 2025 г., то есть со значительным пропуском срока исковой давности по заявленным исковых требованиям.

Разрешая заявленные исковые требования и руководствуясь положениями статьями 199, 207 ГК РФ и разъяснениями, изложенными в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г.  № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых  требований Банка, поскольку истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Решение суда вступило в законную силу.